Интернет-магазин nachodki.ru

Зависший вопрос: для расширения базы ОДКБ "КАНТ" все готово

regnum picture 1485775542122444 original download29 октября 2020 года министр иностранных дел Руслан Казакбаев прокомментировал информацию относительно возможного расширения Объединенной российской военной базы в Кыргызстане.

Он отметил, что был вопрос от журналистов: «есть ли возможность расширения авиабазы в Канте?».

«Хочу сказать, что на двухстороннем или многостороннем формате на официальных встречах этот вопрос не поднимался. Я ответил, что кыргызская сторона с учетом нашего стратегического партнерства, членства в ОДКБ такие вопросы всегда готова рассмотреть. Если со стороны ОДКБ или России будет официальное обращение, конечно, оно будет рассмотрено в рамках Конституции и законодательства Кыргызстана», - рассказал министр.

Но, как подчеркнул Казакбаев, такого вопроса [о расширении] и обращения сейчас нет.

История скандального протокола

В рамках государственного визита президента России Владимира Путина в Кыргызстан в 2019 году было обновлено соглашение по объединенной российской военной базе на территории КР и подписан соответствующий протокол.

По российско-кыргызскому соглашению 2012 года по авиабазе в Канте, Россия берет в аренду землю на территории авиабазы в Канте площадью 866,2 гектара. По итогам проведенной инвентаризации выяснилось, что территория занимает 924,52 гектара земли и что это на 58,32 гектара больше, чем было указано в соглашении. Если раньше российская сторона ежегодно платила за аренду 4 млн 502 тысячи долларов, то после подписания протокола начала бы выплачивать по 4 млн 794 тысячи долларов.

В протоколе о ратификации говорится, что в 2003 году ВПП аэродрома «Кант» в 2003 году с подписанием соответствующего международного договора ВПП аэродрома «Кант» была передана во временное пользование российской стороне. Но сейчас требуется полная замена искусственных покрытий ВПП, а также внесение некоторых конструктивных изменений, что требует значительных капитальных вложений. Генштаб ВС КР намерен провести реконструкцию ВПП за счет российской стороны и далее передать России.

Предметом споров стал пункт по реконструкции взлетно-посадочной полосы и праву собственности на землю. В справке-обосновании к законопроекту указывается: «Генеральный штаб Вооруженных сил Кыргызской Республики заинтересован в ремонте ВПП и других объектов аэродромной зоны за счет средств российской стороны. Вместе с тем на основании действующего Соглашения, в случае реконструкции ВПП права собственности перейдут российской стороне».

12 мая на заседании комитета по международным делам, обороне и безопасности депутат Абдывахап Нурбаев расспросил об этом заместителя председателя Государственного комитета по делам обороны.

Представитель Госагентства по земельным ресурсам ответил: «Земля не перешла в собственность другого государства. Ее передали только в аренду».

12 мая 2020 года обсуждение проекта по передаче в аренду или в собственность России взлетно-посадочной полосы авиабазы в Канте было снято с повестки дня заседания парламентского комитета, так как правительством не было предоставлено полной информации.

2 июня 2020 года на заседании комитета ЖК по международным делам, обороне и безопасности должны были рассмотреть законопроект о ратификации протокола о внесении изменений в отдельные пункты соглашения. Но ввиду отсутствия достаточной информации, обсуждение отложено в третий раз. До этого вопрос не стали рассматривать 12 и 19 мая.

В итоге в республике складывается неоднозначная ситуация, как отмечает ряд россйсиких экспертов.

С одной стороны, есть решение, достигнутое на высшем уровне по тому, что база республике необходима и на базе нужно провести реконструкцию взлетно-посадочной полосы. Конечно же эта полоса не становится собственностью российской федерации и после того, как база по решению двух сторон будет выведена полоса в которую будут вложены десятки миллионов долларов останется Кыргызстану, который сможет на ее базе развивать или новый гражданский аэропорт или получит современный военный авиа комплекс.

Причем важно: 27 февраля 2017 года Президент России Владимир Путин заявил, что российские власти готовы закрыть авиабазу Кант, если Кыргызстану больше не потребуется помощь РФ.

"Если когда-то Кыргызстан скажет, что мы укрепили настолько свои Вооруженные силы, что такая база не нужна, мы в этот же день уйдем", – заявил Путин по итогам переговоров с президентом Алмазбеком Атамбаевым.

Сейчас же от нового правительства Кыргызской Республики в октябре 2020 года идут словесные интервенции о том, что республика не возражает о расширении базы. Но почему-то "замылился" вопрос о том, что собственно такой законопроект давно готов и лежит в парламенте. Осталось его только принять. Возможно имеет мест недопонимание в среде чиновников Кыргызстана того ,как работает российская бюрократия. А с точки зрения российской бюрократии, особенно военной, есть полное понимание того, что все шаги со стороны РФ были сделаны с точки зрения расширения базы и ее потенциала как защитника военно-воздушного пространства республики члена участника ОДКБ. Нужно просто принять этот закон.

Как отмечают эксперты по российским элитам – "Российское верховное руководство очень ценит последовательные шаги. То, что было обещано должно быть исполнен6о – это всегда отмечается. Попытки торга, многократной "перепродажи идеи" в разных оболочках – это прямой путь подорвать доверие российских властей

Страны участники Шелкового пути построят медицинский комплекс

32ац4аРоссия, Китай, Монголия, Казахстан и Кыргызстан пришли к единому мнению по созданию на шелковом пути огромного комплекса по контролю и надзору по заболеваемости коронавирусом.
Решение было принято на встрече министров иностранных дел, Китай заявил, что возьмет на себя основную статью расходов, но рукодящий состав и основные специалисты будут из России. Углубление анти пандемического сотрудничества между странами партнерами это современные вызовы в борьбе с заболеванием показывает на сколько важно сотрудничество между странами.

В ЕАЭС создают структуру для Борьбы с «Серыми» сертификатами

Несмотря на пандемию и введенный карантин в большинстве стран, некоторые органы по оценке соответствия стран ЕАЭС каким-то образом проводят анализ производства и массово выдают сертификаты на выпускаемую зарубежную продукцию. Об этом заявил министр по тех регулированию ЕЭК Виктор Назаренко. ЕЭК все больше беспокоит, что таких нелегально выданных сертификатов становится все больше. Причем, по его словам, правоохранительные и контролирующие органы стран2 Союза не реагируют.

«Китаизация» экономики Таджикистана

За прошедший год в рамках двухстороннего сотрудничества Китая и Таджикистана было подписано семь крупных инвестиционных проекта на сумму более 245 млн долларов. Все проекты предусматривают создание новых производств, в том числе горнодобывающие предприятия.
Во всем мире известны принципы применения экономической экспансии КНР или как принято говорить «мягкой силы» для взятия под своё влияние другого государства.
Китай в первую очередь рассматривает Узбекистан, Казахстан и Таджикистан как поставщиков природных ресурсов и партнеров по инфраструктурным проектам.
Стоит отметить, что Таджикистан привлекает Пекин своими месторождениями золота, серебра и другими редкими металлами.
На первый взгляд деятельность Китая выглядит довольно положительно для его партнера. Пекин за свой счет строит производство на чужой территории, устанавливает своё оборудование, тем самым создает новые рабочие места, улучшает инфраструктуру. Но это лишь верхушка айсберга.
Китай имеет стратегию по созданию вредных для экологии производств и именно потому подобные предприятия возводятся на территории других стран. Таджикистан не стал исключением. Огромный урон экологии наносят сельскохозяйственные проекты Китая. Фермеры из Поднебесной, не соблюдая экологические нормы и правила, используют химические удобрения для ускорения процесса роста сельскохозяйственных культур, что приводит к защелачиванию почвы. Такая земля быстро становится не плодовита и не подходит для ведения сельского хозяйства. Далее китайские фермеры осваивают новые, еще не «мертвые земли».
За последние три года в Таджикистане появилось шесть цементных завода, построенных на китайские деньги. Эти производства работают на угле, добычу которого также финансирует Пекин. Однако, сжигание угля является сильным ударом по окружающей среде. Ученые посчитали, что одна тонна сожженного угля сопоставима с ущербом природе в размере 21 доллара. В 2019 году было добыто более миллионов тонн угля, что примерно равно ущербу в размере 42 млн долларов.
Таким образом, Китай, осуществляя поэтапную экономическую экспансию, улучшает политику в области охраны природы на своей территории, при этом выносит грязные сырьевые производства в другие страны, включая и Таджикистан.
Чтобы избежать негативных последствий подобных методов, достаточно четко придерживаться положений Международной инициативы прозрачности в сфере горнодобывающей промышленности и сельского хозяйства. Однако на данный момент, Таджикистану в этом плане похвастаться нечемекеп5в

Выход США из Афганистана: последствия и перспективы

regnum picture 15683775985292695 big

9 сентября президент США Дональд Трамп объявил о прекращении переговоров с движением «Талибан» * о выводе войск из Афганистана. Сам Трамп при этом не отрицал необходимости вывода войск, говоря о том, что это является важной внешнеполитической целью, однако «должно произойти в нужное время».
В целом процесс мирного урегулирования, очевидно, носит вынужденный характер для США на фоне военных поражений сил США, НАТО и официального Кабула и падения популярности операции среди электората Дональда Трампа, который уже вступил в предвыборную гонку за переизбрание на пост президента.

Обстановка в Афганистане за последний год значительно ухудшилась для коалиционных сил, контролируемая территория сократилась с почти 50% районов до 35% к августу 2019 г., в то время как вооруженная оппозиция в настоящее время так или иначе контролирует, за вычетом административного центра, 37% афганских уездов (150 единиц), хотя в конце 2018-го эта цифра составляла только 15% районов, еще 27% (108) в настоящее время контролируются обеими сторонами конфликта.

Опасение вызывают также потери, которые НАТО и правительственные силы несут в столкновениях. Только за лето 2019 года в общей сложности погибли 1200 сотрудников силовых структур, среди которых и военнослужащие армии США, и 690 хуже вооруженных и подготовленных боевиков. Значительное число силовиков также оказываются в плену — так, весной в Бадгисе в плен боевикам без сопротивления сдались более 200 военных за два дня.

Популярности и поддержке оппозиционных сил способствовали и экстренные меры, с помощью которых Вашингтон и Кабул старались стабилизировать обстановку и приведшие в результате к значительному увеличению потерь среди гражданского населения. За первое полугодие погибло 1366 мирных жителей — почти на четверть больше показателей 2018-го), и немалая часть этих жертв вызвана как резким увеличением количества бомбовых ударов, так и правом бессудных казней подозреваемых в сотрудничестве с боевиками, которым наделили афганскую армию.

Всё это приводит к разочарованию в афганском государстве и увеличению доверия к «Талибану» * как к явственно более сильному игроку. В течение года на сторону боевиков перешли несколько тысяч человек, в то время как чрезвычайные военные меры не помогают США и официальному Кабулу ни стабилизировать, ни контролировать ситуацию. Компромиссный мир, который могут быть вынуждены подписать Штаты, в этих условиях не может не напоминать сценарий Вьетнама.

Существует, однако, и другое мнение относительно ситуации в Афганистане, транслируемое военными кругами США, согласно которому все переговоры с талибами* — не более, чем популистский предвыборный шаг, который будет свёрнут, как только отпадёт задача заигрывания с электоратом, и США вернутся к активным действиям, направленным на подавление «Талибана» *, опираясь на «вновь открывшиеся обстоятельства».

Однако такой подход не представляется оптимальным. Выборы президента США состоятся в ноябре 2020 г., то есть вернуться к открытым действиям в Афганистане будет возможно только зимой 2020/21 гг. при наилучшем развитии ситуации, в то время как боевики вряд ли сочтут необходимым дожидаться окончания президентской гонки в Штатах и начнут очередное наступление на лишенные поддержки правительственные войска значительно раньше.

Можно было бы предположить, что США рассчитывают на формально не относящиеся к вооруженным силам частные военно-охранные компании, и количество их сотрудников, действующих по контрактам с министерством обороны США действительно значительно (на 65%) выросло за последний год, однако их действия вряд ли могут быть сопоставимы с официальной военной поддержкой со стороны армии.

Не следует также забывать и о рисках вывода американских войск для иных участников коалиции — европейских стран НАТО, которые окажутся в сложном положении при одностороннем выводе войск со стороны США и будут вынуждены либо также спешно выводить свои силы с территории страны, либо начинать диалог с государствами ОДКБ и ШОС, вынужденными ради собственной безопасности включаться в ситуацию в Афганистане.

США же в этих условиях оказываются в незавидном положении игрока, показавшего свою неэффективность и собственными действиями вынудившего европейских союзников начинать переговоры с Москвой, Пекином, Тегераном. Роль афганского фактора в предвыборной риторике, уже вовсю разгорающейся в Соединенных Штатах, говорит о том, что перед президентом Трампом фактически стоит выбор между переизбранием и позициями в среде европейских союзников.

Лето 2020 года может стать решающим для противоборствующих афганских сил, в течение которого не только определится судьба Кабула, но могут быть созданы угрозы для приграничных с Афганистаном регионов, в том числе государств ШОС и СНГ. Среди последних, независимо от того, будет ли сдан Кабул, оправдаются ли чаяния противников президента Афганистана Ашрафа Гани о «коалиционном правительстве» с «Талибаном» * — поток беженцев, рост трансграничной преступности — в том числе связанной с наркотрафиком, торговлей оружием и людьми, межэтнические и другие вооруженные столкновения, угрожающие в первую очередь Центральной Азии и Ирану.

Нельзя забывать и о террористической угрозе, исходящей не только от «Талибана» *, но и от других союзных ему группировок — «Аль-Каиды» *, ИДУ*, о возможности активизации подполья ИГИЛ* и использования этой ситуации теми боевиками «Исламского государства» *, происходящими из государств СНГ, для того, чтобы вернуться на родину с экспансией радикального исламизма.

В результате дестабилизация обстановки в регионе может представлять реальную угрозу безопасности не только ближайших соседей Афганистана, но и Китая, России, Южного Кавказа, Турции, в конечном счете даже Западной Европы. Единственным способом избежать этого в условиях вывода сил США или хотя бы их неучастия в происходящем до окончания предвыборной гонки, является принятие мер со стороны других государств, которые не позволили бы стране погрузиться в хаос гражданской войны 1992−2001 гг.

Следует учитывать и тот факт, что поражение США в Афганистане может стать важным идеологическим фактором для различных террористических группировок в других регионах, в частности для антиизраильских сил.

Все эти обстоятельства говорят о том, что в условиях наступающего кризиса, фактически независимо от сценариев его развития, Афганистан может стать пространством для работы уже совсем других игроков — Китая, России и Ирана, которые будут пытаться сократить риски в приграничных афганских провинциях на севере и западе страны, возможно, в условиях развития масштабного конфликта. Практически неизбежно включение в эти процессы и европейских государств, отстаивающих свои интересы на фоне попыток США сохранить влияние в регионе.

Источник: https://regnum.ru/news/polit/2718583.html